Два «почему» на тему катаракты

О катаракте вроде бы слышали все, но далеко не каждый знает, как именно она сказывается на зрении и почему ее нужно обязательно оперировать. Между тем, это заболевание с возрастом настигает большинство из нас: вне зависимости от национальности, достатка или образа жизни. Возраст — не единственная причина заболевания, но основная: к 65 годам у более, чем половины планеты развивается катаракта.

270662-p5blvu-832

Консультирует Тарас Владимирович Душенчук, офтальмолог, офтальмохирург

Почему нельзя откладывать

Очень часто катаракту на ранних стадиях не воспринимают как повод обратиться к офтальмологу или хотя бы насторожиться. Причин для этого множество. Иногда катаракта не сразу затрагивает центральные отделы хрусталика, и человек еще долго неплохо видит. Иногда помутненное зрение списывают на нормальное старение. Иногда считают, что нужно подождать, пока катаракта «созреет».

Но природа этого заболевания такова, что единственный способ лечения — это операция. И откладывать ее, пока зрение не испортилось окончательно — однозначно плохая идея:

  • Вследствии зрелой катаракты слабеют цинновые связки на которых подвешен хрусталик. Если они рвутся, то искусственный хрусталик негде разместить, и во время операции нужно искать нестандартные решения.
  • На поздних стадиях может развиваться вторичная глаукома. В связи с чем, после операции вернуть надлежащее зрение будет затруднительно.
  • На разрушение зрелой катаракты уходит больше ультразвуковой энергии, которая может затрагивать роговицу и приводить к её отёку.

Почему не стоит бояться операции

Для пациентов операция — это испытание, но не столь большое, как может показаться. Во время факоэмульсификации катаракты нет мучительного желания моргнуть, а ультразвуковой наконечник не ощущается. Рядом находится анестезиолог, готовый ввести необходимые препараты — это надежный тыл, который особенно важен для пожилых людей с сопутствующими заболеваниями. После операции можно отправляться домой, а на следующий день — заниматься привычными делами, в том числе, садиться за руль.

Мы лечим не катаракту, а человека. Поэтому сперва учитываем все детали: сохранность связок, состояние роговицы и сетчатки, степень ухудшения зрения, сопутствующие заболевания или аномалии. Только потом подбираем интраокулярную линзу.

Подобрав линзу на место хрусталика, мы можем одновременно корректировать и другие нарушения зрения: близорукость, пресбиопию, астигматизм. С некоторыми видами линз пациент может спокойно работать на компьютере и не пользоваться очками.