Практический семинар для кардиологов, сосудистых хирургов и семейных терапевтов
Семинар назывался «Междисциплинарный подход в тактике лечения коморбидного пациента: современный взгляд кардиолога, рентгенэндоваскулярного и сердечно-сосудистого хирурга». Коморбидность — сочетание нескольких хронических заболеваний, взаимосвязанных между собой по клинической картине их проявления.
Участники встречи дискутировали о новых научных достижениях в области кардиологии, обсуждали усовершенствованные технологии профилактики тромбозов у больных с нарушениями сердечного ритма, говорили о важности взаимодействия кардиологов и врачей смежных профессий.
На встрече выступили доктор медицинских наук, руководитель Клиники Сердца в Odrex Денис Себов, кардиолог и доктор медицинских наук Одесского национального медицинского университета Юрий Карпенко и заведующий хирургическим отделением и Клиникой сосудистой хирургии Медицинского дома Odrex Александр Смирнов.
В операционной хирурга-гинеколога
Что же такое миома матки?
Миома матки — доброкачественное новообразование, состоящее из мышечных клеток. Надо сказать, что как и с любой опухолью, с ней связано предостаточно мифов. Например, что лечение — это обязательное удаление матки, или, наоборот, что можно обойтись только медикаментозной терапией.
А вот среди гинекологов миома — одна из самых пристально изученных тем. Медицине известно очень многое о патогенезе, диагностике и подходах к лечению, но и пациенток, которые сталкиваются с заболеванием, немало. Словом, если репродуктивная система — это сад, то информированность, здравомыслие и доверительные отношения с гинекологом — те инструменты, с которыми в нем работают.
«Миома матки представляет собой достаточно большую проблему, особенно для молодых девушек. И, действительно, мы не всегда идем по пути оперативного лечения. У нас есть много методов консервативного лечения — все зависит от расположения этих узлов, количества, размеров и так далее. Однако именно для таких молодых девушек очень важно прийти вовремя, тогда, когда этот узел еще не достиг больших размеров, при которых требуется более серьезное оперативное вмешательство, в том числе, и с разрезом брюшной стенки», — говорит Ольга Николаевна.
Когда у женщины нет симптомов, а вероятность того, что миома приведет к осложнениям, низкая, можно выжидать и использовать медикаментозную терапию. Это часто подходит женщинам в период менопаузы, но не нашей пациентке. У таких молодых женщин удаление миоматозных узлов увеличивает шансы на беременность, операция восстанавливает нормальную анатомию и убирает местные воспаления, улучшая кровообращение.
В операционной
Каждый сосредоточен на своем участке работы, Ольга Николаевна руководит операционным залом. Хирург прекрасно видит анатомические структуры, оперирует чисто, аккуратно и бескровно. «Ушивание места, из которого мы удалили узел, происходит эндоскопически, с помощью микрохирургических инструментов и современного шовного материала, который позволяет снизить риски расхождения швов либо разрыва матки во время беременности и родов», — говорит Ольга Николаевна.
С тех пор, как в хирургии появилась лапароскопия, световоды проносили яркий свет во внутренний мир человека, а позже крошечные камеры начали отправлять изображения наружу. Благодаря этому хирурги могут ясно видеть все происходящее в человеческом теле, не делая при этом больших разрезов, и использовать микрохирургические инструменты.
Казалось бы, операция — а вы нам предлагаете ей любоваться. Но лапароскопическая миомэктомия — не только сложная, но и красивая операция, потому что восстанавливает функциональность организма женщины.
Иногда его называют глазом серфера — птеригиум и в самом деле часто встречается у тех, кто много занимается пляжным спортом. Если есть возможность целыми днями кататься на волнах, то кто её упустит? Тем не менее солнце, песок, ветер и соленые брызги в числе главных причин заболевания. Наибольший вред приносит ультрафиолетовое излучение, причем оно влияет на зрение даже тогда, когда солнечный свет отражается от воды, песка или снега. Спровоцировать птеригиум могут и воспаления оболочки глаза, хронические конъюнктивиты, химические раздражители, генетическая предрасположенность, а у детей птеригиум бывает врожденным.
pterygos, греческий — «маленькое крыло»
Врачи были в шоке, когда этот мужчина…
В заливе Уэймея на Гавайях случилось самое радикальное удаление птеригиума, какое только можно представить. Опытный серфингист, в свои 61 плывя на максимальной скорости, всунул лицо в десятиметровую океанскую волну, после чего восстановил равновесие и продолжил плыть. Птеригиум сорвало с поверхности глаза и роговица очистилась. Хотя область отрыва и воспалилась на несколько дней, она зажила без медицинского вмешательства. Через полгода рецидива не произошло.
К чему нужно быть готовым, если у вас птеригиум
С птеригиумом связано множество неудобств, о которых человек с хорошим зрением не догадывается, и опасностей, из-за которых обеспокоиться лечением нужно сразу.
Зрение. Когда птеригиум разрастается, снижается острота зрения и появляется затуманенность взгляда могут развиваться астигматизм и диплопия — раздвоение предметов. Редкие случаи: истончение участков роговицы малигнизация (злокачественное перерождение) тканей предметное зрение исчезает, когда птеригиум полностью закрывает зрачок.
Дискомфорт. Появляются раздражение и слезливость, отек, зуд, сухость, ощущение инородного тела в глазу, неудобство в ношении линз.
Эстетика. Чем больше вырастает крыловидная плева, тем менее эстетичной она становится из-за покраснения и рубцовых изменений конъюнктивы и роговицы.
Как вылечиться
Иногда приходится делать операцию. Удаление длится около 10-15 минут, под местной анестезией (пациенту закапываются обезболивающие капли). Основной метод — иссечение птеригиума. Плеву иссекают лезвием, а дефект замещают здоровой тканью конъюнктивы самого пациента (конъюнктивальный аутотрансплантат). Птеригиум — рецидивирующее заболевание и рецидивы случаются довольно часто. Большинство из них — в первые 6-12 месяцев после операции. Если после удаления птеригиум снова появился, потребуется еще одна операция. А для профилактики рецидива могут назначить митомицин С, β-облучение, фотодинамическую терапию и другие методы.
Иногда операция не рекомендована: при выраженных воспалительных процессах, онкологических заболеваниях, некоторых инфекциях, нарушении свертываемости крови, беременности, венерических болезнях.
Что будет после операции
День придется походить с повязкой на глазу. В течение нескольких часов возможны кровотечения из-за того, что птеригиум весь пронизывался кровеносными сосудами, — но это не страшно, достаточно сменить повязку. У некоторых возможна тупая головная боль и повышенная чувствительность к яркому свету. Пока не рассосутся швы (а это 7-10 дней), в глазу чувствуется соринка.
Еще приблизительно две недели после операции глаз будет покрасневшим. Немного дольше останется ощущение дискомфорта, потому что роговица, с которой удаляется часть птеригиума, — самая чувствительная оболочка глаза. Как только рана роговицы заживает, неприятные ощущения проходят.
Что делать, чтоб птеригиум не появлялся, не повторялся или не рос
Выбирать солнцезащитные очки с высоким уровнем защиты — UV 400 (от интенсивности окраски линз это не зависит). Те, что уже есть, можно проверить у оптика на специальном приборе — спектрофотометре.
Консультироваться с врачом о том, как увлажнять глаза. Для этого есть разные гели и капли вроде «искусственной слезы», а после операции могут прописать митомицин С.
У тех, кто работает на улице, птеригиум развивается в пять с половиной раз чаще. Поэтому время работы и занятий спортом нужно носить специальные очки. Вело-очки, очки для катеров и лодок или защитные очки нужны, когда избежать особенно пыльных и солнечных условий не получается.
Дозированная зрительная нагрузка и здоровое питание лишними не будут. А упражнения для глаз не занимают много времени и их не сложно делать.
Библиография
A. Aminlari, R. Singh, D. Liang. Management of Pterygium // EyeNet Magazine — 2010. — Access mode: https://www.aao.org/eyenet/article/management-of-pterygium-2
T .Liu , Y. Liu , L. Xie , X. He , J. Bai. Progress in the pathogenesis of pterygium // Current Eye Research. — 2013. — Vol. 38 (№ 12).
T. G. Campbell. Radical treatment for surfer’s eye // BMJ Case Reports. — 2014. — Access mode: http://casereports.bmj.com/content/2014/bcr-2014-203896.full
Е. В. Мальцев, В. Я. Усов, Н. Ю. Крицун. Сучасні методи лікування птерігіуму // Офтальмологічний журнал. — 2012. — Т. 3.
Е. С. Прохвачова. Птеригиум: болезнь глаз с «птичьим» названием // Health-UA. — Режим доступа: https://www.health-ua.org/faq/oftalmologiya/350.html
M. Al-Bdour, M.M. Al-Latayfeh. Risk factors for pterygium in an adult Jordanian population // Acta Ophthalmologica Scandinavica. — 2004. — Vol. 82 (№ 1).
День донора в Медицинском доме Odrex
Декабрь — замечательное время, чтоб сдать кровь. С одной стороны, из-за распространенных ОРВИ и гриппа многие доноры не могут сдавать кровь, и в банках крови уменьшаются резервы. С другой, это повод добавить еще одно благое дело в список достижений, пока остальные подводят итоги года.
«С Областной станцией переливания крови мы сотрудничаем давно. Можно сказать, со дня основания, потому что без препаратов крови невозможно представить себе ни одну современную хирургическую клинику. Они нас выручают в трудную минуту, но, к сожалению, всегда есть дефицит препаратов крови. Поэтому мы решили своими силами организовать свой банк крови, и я надеюсь, что это поможет пациентам хоть на какое-то время», — Юрий Бабинец, главный врач Медицинского дома Odrex
Как и несколько десятков других сотрудников клиники, Юрий Владимирович тоже присоединился к акции и стал донором.
Донорская кровь и ее компоненты нужны всегда. Есть такое заблуждение: раз у человека распространенная группа крови — например, вторая положительная, которая чаще всего встречается у европейцев — то на станциях переливания ее в достатке и сдавать свою того не стоит. В действительности же, если вторая положительная часто встречается среди здоровых людей, то также часто она нужна и пациентам.
Переливание крови постоянно необходимо людям с онкологией и заболеваниями крови, недоношенным детям, только родившим мамам, пациентам во время хирургических вмешательств, включая операции на сердце и неотложную помощь. Например, по данным Американского Красного Креста больше всего переливаний делают пациентам с онкозаболеваниями, а на втором мести — с заболеваниями крови.
Кстати, стандартный объем одной кроводачи — 450 миллилитров. Перед этим еще 40 миллилитров крови у донора дополнительно берут для анализов. Всего за один раз вы отдадите около 10% от общего объема крови.
О том, с чего начинается донорство, нам рассказала Анна Геннадиевна Седова, заведующая отделом заготовки крови Областной станции переливания крови:
«Сначала донора мы проверяем по картотекам. У нас их три: по гепатиту, ВИЧ и сифилису. Обязательно определяем группу крови и гемоглобин. Дальше врач-терапевт проводит предтестовое консультирование: он смотрит лимфоузлы, давление, пульс, назначает дозу сдачи и проводит опрос. В дальнейшем донор питается и мы забираем кровь. Максимально допустимая доза при этом — 450 мл. После сдачи крови, конечно же, лучше всего отдыхать, кушать и пить можно все».
Очень важно как можно скорее распрощаться с идеей, что сдавать кровь — это больно и неприятно. Чтобы узнать, какими будут ощущения, достаточно ущипнуть себя за внутреннюю сторону локтевого сгиба. А еще сдача крови — безопасная затея благодаря одноразовым и стерильным системам, которые распаковывают в присутствии донора.
Еще бывает, что хорошее дело — сдавать кровь — обращается в пользу для самого донора. Один такой случай год назад описывал BMJ Case Reports. 83-летний мужчина регулярно сдавал кровь на протяжении двадцати лет. Гораздо позже он узнал, что это проявление доброты оберегало его от проявлений наследственного заболевания. У мужчины был наследственный гемохроматоз — нарушение обмена железа. Единственный способ лечения этого заболевания — извлечение лишнего железа из организма, что мужчина и делал на протяжении многих лет донорства.
«Нам действительно нужно очень много крови, потому что очень много нуждающихся: беременные, раненые в АТО, пациенты в больницах. Мы довольны, что нас поддержали и нас приняли», — Анна Геннадиевна Седова, заведующая отделом заготовки крови Областной станции переливания крови
Конечно, нам есть куда расти: в год на тысячу украинцев приходится 13,3 порций крови, в то время как в развитых странах — 32,1 донаций. До следующего Дня донора!
Тромбоэмболия: спасение пациентки в Odrex
https://www.youtube.com/watch?v=ShRQtBOvmSk
Диагноз «тромбоэмболия легочной артерии» — один из самых опасных. Но тромбы удалось оперативно растворить — в итоге к Ларисе Ревчук вернулось здоровье.
Наши врачи — это, прежде всего, грамотные тактики. И тактический бой они ведут с болезнью. Всегда действуют быстро, но продуманно и не дают себе права на ошибку. Рассудительно принимающие решения и внимательные по отношению к каждому.
В отделении интенсивной терапии не знают слово «безразличие», здесь важен каждый вдох-выдох поступившего больного. Команда Odrex не желает мириться с теми кознями, которые довольно часто строит человеку организм. И успешно выводит пациентов на путь реабилитации.
Подробнее о лечении тромбозов и тромбофлебитов в Odrex читайте на нашем сайте: тромбоз и тромбофлебит.
Как музыка меняет наш мозг
Недавно ученые из Хельсинкского университета выяснили, как именно музыкальные навыки влияют на формирование слуха. Ответ — не самым очевидным образом: все зависит от того, какой язык у музыканта родной. Чтобы разобраться, доктор Кейтлин Доусон провела серию аудирований и электрофизиологических записей активности ствола мозга. И обнаружила, что занятия музыкой действительно улучшают слуховые функции. Но говорящие на финском музыканты лучше различают длинные и короткие звуки, говорящие по-немецки — тоже, но в меньшей степени. А вот у тех, чей родной язык — мандаринский, музыкальные навыки никак не улучшали восприятие частоты звука.
Но заниматься музыкой с самого детства полезно не только для слуха. Ученые из Южно-Калифорнийского университета выяснили, что у детей, которые занимаются музыкой, большей нейронных связей в белом веществе и мозолистом теле. И во время решения интеллектуальных задач у музыкантов задействована большая часть мозга, чем у детей в контрольной группе.
Неужели от уроков музыки одни плюсы? Как бы не так. Голландские ученые исследовали внутриглазное давление у музыкантов, играющих на духовых инструментах. После игры давление в глазу у музыкантов значительно возрастало, причем у профессионалов — сильнее, чем у любителей. Но действительно тревожным оказался тот факт, что сильнее всего давление возрастало у музыкантов с глаукомой, тем самым ухудшая ее течение. Эти данные, во-первых, могут повлиять на выбор терапии для музыкантов с глаукомой, во-вторых, на выбор тех, кто только собирается заняться музыкой.
А что, если играть на трубе или тромбоне как-то неохота? Даже то, как мы притопываем в такт, представляет ценность для науки. В Монреальском неврологическом институте Университета Макгилл решили проверить, как то, что мы двигаемся в такт музыке, влияет на наш слух — такие данные пригодятся для лечения людей с нарушениями речи и слуха. Оказалось, что двигательная система улучшает восприимчивость к звуку. Это происходит потому, что в слуховую кору поступают нейронные колебания из левой сенсомоторной коры, улучшая нашу способность распознавать сложные звуковые потоки. Let’s dance!
Пациент Медицинского дома Игорь Лопаненко о физиотерапии, отношениях с врачом и Одессе
Слово пациенту
Я работающий пенсионер, программист, почти 50 лет стажа. Но главное — я киевлянин и я приехал в Одессу. Мне 66, и к этому времени успел накопиться целый спектр болезней. Основная проблема — это серьезные грыжи на позвоночнике: они передавливают сосуды, нервы и вызывают много проблем: тяжело ходить, атрофируются мышцы.
Где-то шесть лет назад я начал проходить регулярные курсы лечения — в Киеве. Тогда курс лечения включал в себя как капельницы и привычную терапию, так и физиопроцедуры. Так я попал к Юрию Алексеевичу Железняку. После первых процедур я почувствовал себя намного легче. Процедуры нужно повторять регулярно — и действительно, где-то через девять месяцев состояние немного ухудшается, тогда я снова прохожу курс, и через три недели начинаю чувствовать положительный эффект.
О том, как относиться к переменам и новшествам
Так получилось, что Юрий Алексеевич переехал сюда, получил работу в Odrex. В это время я проходил процедуры у другого врача, и было ухудшение. Поэтому я специально приехал сюда, чтобы пройти курс физиотерапии. Кратко… он помогает. Полагаю, в этот раз будет также.
Я приехал не сам, а привез свою супругу — не только потому, что мне с ней приятнее ездить, но и для того, чтобы она в первый раз прошла курс лечения.
В Одессе я впервые. Самое смешное, что город мне понравился. Первые несколько дней, когда приезжаешь в Одессу, она кажется очень странной. В Одессе очень много старых домов, которые находятся между жизнью и смертью, и новостроек, которые его, скажем так, не украшают. И при этом в Одессе есть какое-то свое собственное, внутреннее чувство, которое объединяет всех этих очень разных, живущих тут людей. И быстро начинает казаться, что город должен быть именно таким.
Юрий Алексеевич относится к очень интересному типу людей. Отчасти я сам такой. Это люди, которые просто не могут плохо делать свою работу.
Их не так много, таких людей, но они встречаются. Каждый решает этот вопрос по-своему. Вот Юрий Алексеевич просто не стоит на месте — он учится. Это непрерывная учеба, непрерывное исследование новых методов физиотерапии и реабилитации. Что было бы страшно и опасно, если б не одно обстоятельство, которое я выяснил еще при нашей первой встрече: он все-таки пользуется главным принципом «не навреди».
О том, как менялись курсы физиотерапии
Это шестой раз, как я прохожу процедуры у Юрия Алексеевича, и каждый раз он вносит в курс некоторые видоизменения. Потому что это неизбежно. Он узнает что-то новое и пытается использовать это во благо. Уже третий или четвертый курс — обязательная магнитотерапия. У нее действительно нет особых противопоказаний и она улучшает состояние. Последние четыре или пять процедур — хивамат-терапия. Тут эта процедура вообще очень особенная и странная: во-первых, она очень приятная, во-вторых Hivamat-терапия дает какую-то общность с врачом.
Я прохожу еще и индивидуально подобранные процедуры, связанные с проблемами позвоночника. Когда-то мы начинали с электрофореза, а сейчас используем ультразвук.
Каждый раз меняется вид и состав процедур — в зависимости от состояния здоровья и самочувствия, или потому, что врач узнает что-то новое и начинает применять. Этот визит отличается от всех прочих — добавлена процедура тейпирования. Она помогает мышцам, особенно пожилых людей, выполнять правильно свои функции. Эффект дает совершенно точно, насколько долговременным он будет — посмотрим, но я так полагаю, что будет.
Хорошо, когда у врача установлен контакт с пациентом. Потому что лечение заболеваний зависит не только от доктора, но и от пациента, того, насколько они с друг другом коммуникабельны.
Офтальмология в Odrex: отзыв пациента из Бельгии
Луис Массен из Бельгии побывал на приеме у офтальмохирурга Тараса Душенчука.
Как отмечает доктор Тарас Душенчук, преимущественно пациенты обращаются в офтальмологическое отделение Odrex с целью лечения катаракты. Операции по удалению катаракты — основная специализация нашего офтальмологического направления.
Проблема, которая беспокоила бельгийского гостя, оказалась не столь серьезной — слабость сосудистой стенки глаза. И все же доставляла массу неудобств. Луис получил квалифицированную помощь и поделился своим мнением о докторе и о работе клинике в целом.
Подробнее о возможностях офтальмологического направления клиники Odrex читайте по ссылке: офтальмологическое направление.
Как упрямый акушер из Лондона дал старт переливаниям крови
Хотя о переливании крови и было известно в эпоху романтизма, оно считалось устаревшей, сомнительной, а во Франции даже запрещенной практикой. Да и все эксперименты ограничивались переливанием человеку крови животного — до тех пор, пока акушеру из Лондона Джеймсу Бланделлу не надоело терять пациенток от послеродового кровотечения. Экспериментатор и вечный враг консервативных «назойливых повитух», Бланделл беспокоился, что многие из его только что родивших пациенток переживают шок от потери крови и умирают.
Первые попытки переливать кровь от человека к человеку
Переливание случилось в 1818, в том же году, когда Мэри Шелли написала своего «Франкенштейна». Мужчина умирал от истощения, вызванного злокачественным заболеванием пилоруса. После операции пациенту стало гораздо лучше, но никто не удивился, когда спустя 56 часов он снова сильно ослаб и скончался.
Джеймс Бланделл и его роскошные кудри
Первой задокументированной победе суждено было случился аж через 7 лет, в августе 1825. Коллега, доктор Уоллер, вызвал Бланделла к пациентке, умирающей от послеродового кровотечения. В это время лечение женщины с послеродовым кровотечение могло складываться, как у одной из пациенток Бланделла, из:
20 унций бренди,
160 капель ладана,
внушительного объема аммония,
трех яичных желтков, взбитых с бренди,
одного крепкого говяжьего бульона,
одной жидкой овсянки,
шести пиявок.
И все без толку — умирали от родов чаще, чем от войн. Доктору же удавалось их спасти, переливая от двух до четырнадцати унций крови.
Когда Брэм Стокер писал «Дракулу» в конце века, его профессор Ван Хельсинг переливал кровь точно также, как это делалось при Бланделле: те же инструменты, тот же подход к выбору доноров и такое же мнение окружающих, которые эту практику считали мракобесием.
Идеал эпохи романтизма
Успешные переливания принесли Джеймсу Бладеллу известность и добрых $2 миллиона (около $50 млн сегодня), но ими он не ограничивался. Своими ранними экспериментами Бланделл показал, что почки, матку, яичники и селезенку можно удалять, не поубивав при этом пациентов.
В St. George’s Hospital Бланделл ассистировал Сэмюэлу Армстронгу Лейну. Вместе они впервые провели полное — и успешное — переливание крови пациенту с гемофилией в 1840 году.
В 1929 он удалил матку со злокачественной опухолью у миссис Молден — велики шансы, что это была первая подобная операция. Успел сделать несколько основополагающих открытий о свойствах крови. И практиковал интубацию трахеи — введение трубки с целью обеспечения проходимости дыхательных путей — за столетие до того, как это стало мейнстримом. Акушер, гинеколог, хирург и физиолог, изобретатель и мастер слова, он обучал студентов, занимал должность главврача Больницы Гая и члена Королевской коллегии врачей.
Бланделл соответствовал идеалам эпохи романтизма с головы до пят: бросал вызов консерватизму врачебной системы, срывал шквал аплодисментов на лекциях благодаря своему страстному и литературному языку. И делал то, что положено безумным ученым и героям готической литературы — вроде «Франкенштейна» Мэри Шелли, «Вампира» Джона Полидори и «Поднятой вуали» Джордж Эллиот — буквально возвращал людей с того света с помощью переливания.
Переливание крови сегодня
Сегодня переливание крови одновременно и проще, и сложнее, чем во времена Бланделла. Оно превратилось в рядовую операцию, став в сотни раз безопасней, а сами клетки крови понемногу выращивают в пробирке или меняют на полностью искусственные объекты с функциями клеток крови.
Но переливания все равно остаются проблемной областью: не во всех клиниках есть свои станции переливания крови, которые могут перелить кровь, к примеру, при недостатке тромбоцитов. Никуда не делись риск заражения и непредсказуемость реакции организма на донорскую кровь, и переливание каждого набора клеток сопровождается своим набором проблем.
И все-таки каждому третьему жителю планеты когда-нибудь понадобится переливание крови.
«И какое значение все это будет иметь пару веков спустя, хотя бы и Англию вместе с Францией смыло в океан? Человечество всегда будет одинаково заинтересованно в великих истинах, доказанных наукой, и выводах, полученных от физиологических экспериментов», — Джеймс Бланделл об экспериментах и упрямстве научного мира
Бланделл ушел в отставку в 1847, но продолжал заниматься частной практикой: вставал пополудни, осматривал пациентов у себя дома, в девять вечера уезжал осматривать больных в желтой карете с небольшой библиотекой. На то, чтобы мир убедился в необходимости переливания крови, потребовались десятки лет, и в 1878 году вместо крови все равно периодически пытались переливать молоко. Но пройдя «привычную каторгу из пренебрежения, оппозиции и высмеивания», Джеймс Бланделл навсегда изменил клиническую практику.
Библиография
James Blundell: pioneer of blood transfusion // HemOnc Today. — 2009. — Access mode: www.healio.com/hematology-oncology/news/print/hemonc-today/%7Be144eb73-e097-43b0-b128-65af2c9029a4%7D/james-blundell-pioneer-of-blood-transfusion
B. A. Myhre. James Blundell — pioneer transfusionist // Transfusion. — 1995. — Vol.35 (№ 1).
Matthew Welck, Philip Borg, Harold Ellis. James Blundell MD Edin FRCP (1790 – 1877): pioneer of blood transfusion // Journal of Medical Biography. — 2010. — № 18.
Matthew Rowlinson. On the First Medical Blood Transfusion Between Human Subjects, 1818 // BRANCH: Britain, Representation and Nineteenth-Century History. — Access mode: http://www.branchcollective.org/?ps_articles=matthew-rowlinson-on-the-first-medical-blood-transfusion-between-human-subjects-1818
Михаил Пантелеев. Искусственная кровь // Постнаука. — 2016. — Режим доступа https://postnauka.ru/faq/71657 J. H. Aveling. Immediate transfusion in England // Obstetrics Journal — 1873. — 1, 303. — Wellcome Library, London. http://gph.is/2daXvLl
Зачем они это делают: липофилинг груди
Потому что наука на нашей стороне. Сегодня увеличение груди с помощью собственных жировых тканей, липофилинг — та область пластики груди, что больше и быстрее всего развивается. Например, об этом говорят данные Международного общества эстетической пластической хирургии: в 2016 таких операций сделали на 25 тысяч больше, чем в 2015. Это значит, что с каждым годом появляется все больше данных об этой операции и последующем восстановлении, совершенствуются технологии и мастерство хирургов, и сама операция становится безопаснее и эффективнее.
Потому что роль матери и роль женщины не должны друг другу противоречить. Как бы не менялось общество, мода и медицина, первая функция груди — это кормление младенцев. В результате беременности происходит потеря формы и объема груди, и хоть как-то повлиять на этот процесс очень сложно. Вдобавок женщины очень часто кормят грудью не дольше, чем полгода — даже когда доказательная медицина говорит о том, что кормление почти не влияет на состояние груди. Пластика в данном случае — возможность разорвать связь между материнством и испорченной фигурой.
Даже когда положительные эмоции и психологический эффект от пластики груди утихают — а это может случиться довольно быстро — операция может стать началом хороших изменений в жизни. Происходит это тогда, когда решение женщины прооперировать грудь диктуется не социальными запросами, модой, поп-культурой, чужими мнениями или желаниями, а собственной волей.
Липофилинг используется еще и для реконструкции груди после мастэктомии. Когда нужно восстановить грудь после операции по поводу рака молочной железы, липофилинг — это деликатный и малотравматичный способ. Пару раз мы уже рассказывали, почему восстановление груди — столь важный этап реабилитации.
Пластика груди — это еще и вопрос комфорта. Не только психологического, но и вполне осязаемого. Форма груди непосредственно влияет на выбор белья и одежды, иногда очень его ограничивая. А физические несовершенства груди — врожденные или приобретенные — мешают повседневной жизни точно так же, как и несовершенства любой другой части тела: например, спать, заниматься спортом или ходить на пляж.
Нашей героине, Ольге, чуть больше тридцати, но из-за опустившейся и растянутой груди она была вынуждена постоянно носить бюстгальтер — иначе было банально неудобно.
Ольга, менеджер социальных проектов,
Я даже не думала, что когда-нибудь осуществлю эту мечту: я знала, что на нее нет денег, что мечтам свойственно быть где-то там, далеко. В 2000 году я родила ребенка, и с тех пор, на протяжении семнадцати лет, у меня было желание сделать грудь. Сама операция страха не вызывала — настолько я этого хотела, и, тем более, появилась финансовая возможность. У нас с мужем нет больших доходов, я — менеджер в небольшой организации. Но у меня появилась возможность какое-то время заниматься социальным проектом за границей. Дальше меня все было очевидно. Во-первых, у меня был день рождения, и я сделала себе подарок. Во-вторых, я поняла, что если вот сейчас, когда у меня есть какие-то деньги, не сделаю ее, то деньги разойдутся, найдутся более важные дела и проблемы, которые нужно решить. И опять моя мечта отложится. Операция — это всего лишь операция, важен результат.
Доктор меня очень успокоил, сказал, что буквально на следующий день я сама выйду из клиники, и, если нужно, смогу самостоятельно сесть за руль. Конечно, было болезненное ощущение, в том числе в спине и боках, потому что мне делали липофилинг. И открытое платье не получается надеть сразу, потому что в специальном топе и компрессионном белье нужно ходить еще месяц.
Самый страшный побочный эффект — это всего лишь синяки и отеки, и все моменты, связанные с ними. Можно даже сравнить послеоперационные ощущения со спортивной крепатурой — когда хорошо позанимался, а на второй день все болит, хотя тебя никто не трогал, не бил и не делал операций. Ты знаешь, что боль пройдет, что будет хороший результат.
У меня была мечта, которая была просто мечтой: кто-то хочет полететь на Марс, а вот я хочу сделать грудь. И раз у меня нет финансовой возможности это сделать, пусть она остается мечтой где-то в загашнике, например, как мечта купить машину. Но в конце-концов я купила машину и сделала грудь. Очень удовлетворяющее ощущение: это сделала я и сделала сама. Этого чувства — подтянутости, аккуратности, красоты — не знаю, сколько лет не испытывала. Сын тоже одобрял мое решение.
В нашем обществе почему-то принято считать, что делать пластику, в том числе и груди, нужно (можно) только кинозвездам, ведущим, светским леди. Тем, чья жизнь и тело на виду у миллионов. А простым женщинам, которые ежедневно едут на работу в том числе в общественном транспорте, которые готовят и убирают свой дом, а на выходных идут гулять с детьми в парк — это ни к чему. Но любая женщина достойна того, чтоб быть красивой. Каждая из нас достойна того, чтобы нравиться в первую очередь себе.
