В этом разделе могут встречаться откровенные сцены, изображения ран и хирургических операций. Впечатлительным людям рекомендуем воздержаться от просмотра.

Интенсивная терапия: как лечат пациентов с тяжелыми случаями пневмонии

Распознать пневмонию по первым симптомам бывает достаточно сложно: они не всегда типичные и похожи при разных болезнях дыхательных путей, поэтому поначалу пневмонию легко спутать с другим заболеванием. Спутать могут многие. Например, один из наших пациентов пять дней лечился дома от простуды: мужчину мучила высокая лихорадка с подъемом температуры до 39,6, сухой кашель, одышка, нарастающая слабость. По назначению семейного врача он принимал дома анальгетики и антипиретики, антибиотики, муколитики, но состояние продолжало ухудшаться — и в конце-концов пришлось вызвать скорую.

Мужчина попал в отделение интенсивной терапии Odrex в крайне тяжелом состоянии: с септическим шоком, тяжелой дыхательной и сердечно-сосудистой недостаточностью, нарушением свертываемости крови и септическим поражением головного мозга*.

Команда, которая занималась лечением пациента — это врачи-реаниматологи Вячеслав Цалко, Александр Максименко, Александр Степашко, Ирина Балака, Яна Подгорная, Екатерина Лотощенко, Екатерина Кушнир, Николай Беляков, Игорь Йовенко, медсестры и младшие сестры.

Работа в реанимации — всегда командная. Реаниматологи работают посменно, и каждый врач, приходя на смену, должен учитывать огромное количество показателей жизнедеятельности пациента, постоянно измеряя их и непрерывно корректируя жизненно опасные нарушения. Каждый реаниматолог должен оценивать, насколько эффективно работают лекарственные препараты — а их иногда требуется множество — у каждого конкретного больного. При необходимости реаниматолог проводит протезирование (механическое или фармакологическое замещение) нарушенных функций дыхательной, сердечно-сосудистой и прочих систем организма. Это колоссальное количество информации, которую нужно не просто держать в голове, но и уметь быстро реагировать и принимать решения на ее основе.

Мужчине (довольно молодому, кстати, — ему на этот момент было чуть больше 40) назначили интенсивную терапию в соответствии с современными международными протоколами и рекомендациями: противовирусную терапию, антибактериальную терапию в эмпирическом режиме, а затем — прицельную терапию, согласно данных бактериологических посевов.

Команде реаниматологов пришлось интубировать пациента и начать искусственную вентиляцию легких с индивидуальным подбором подходящих режимов механического дыхания — с этого момента грудная клетка поднималась в такт работы аппарата ИВЛ. Этот такт сохранится надолго — целых 38 дней и ночей. Для длительной вентиляции легких пациенту провели трахеостомию — то есть сделали искусственное отверстие в трахее**.

Тем временем из-за сепсиса у пациента развивалось острое повреждение почек. Чтобы заместить функцию истощенных почек, нефрологам Odrex потребовалось провести 30 сеансов гемодиализа.

И мужчина со всем справился. С тяжело протекающим гриппом (А) H1N1, пневмонией, респираторным дистресс-синдром, сепсисом и септическим шоком, недостаточностью едва ли не всех органов и систем: дыхательной, сердечно-сосудистой, почечной, печеночной, церебральной. Он снова смог полноценно дышать и жить.

Но реанимация все равно остается травмирующим опытом. Как для физического состояния человека, так и для эмоционального — поэтому мы проводим психологическую реабилитацию. И реабилитацией, и физиотерапией мы занимаемся прямо на месте, в клинике — пациенту и его родным не нужно в растерянности искать, где закончить лечение и восстановление после тяжелой болезни.

Лечение было долгим и сложным — как для пациента и его семьи, так и для команды Odrex, но общие старания были вознаграждены — через 55 дней с момента госпитализации мужчина смог вернуться домой — самостоятельно, без одышки, пешком.

*Дыхательная и сердечно-сосудистая недостаточность. АД= 80/40. ЧД=40. SpO2 64% / FiO2 60%. Респираторный ацидоз. РаСO2=56. РаO2=41. РН=7.1. ВЕ-12. Респираторный коэффициент=68. Высокие маркеры сепсиса: прокальцитонин — 30 нг/мл, С-реактивный белок — 270 мг/л, лейкопения, «палочкоядерный сдвиг» — до 25%. Клинико-лабораторные признаки почечной и печеночной дисфункции, коагулопатия, энцефалопатия.
** Искусственная вентиляция требовала применения режимов с высоким ПДКВ (до 20) и FiO2 до 80%.